Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. В список «экстремистских формирований» внесли еще две организации
  2. «Фиксированная стоимость останется навсегда». «Белтелеком» вводит изменения для клиентов
  3. «Небо оживает». Над Беларусью «стали замечать» самолеты европейской страны
  4. «Должны были посадить, если бы ей чудом не удалось выехать». Рита Дакота рассказала, за что силовики задерживали ее маму в Беларуси
  5. За полтора часа до своего дедлайна Трамп дал ответ на предложение перемирия с Ираном
  6. Пропагандист: В Беларуси начинают бороться с «теневыми тунеядцами» — людьми, которые ходят на работу, платят налоги, но делают очень мало
  7. В Академии наук назвали три вида рыб, которые «должны быть уничтожены», и призвали беларусов их вылавливать
  8. Беларус в Threads задался вопросом, почему в деревнях дома красили в желто-голубой цвет, — версии вас удивят
  9. Лукашенко обрушился с критикой на руководство крупной компании, которую ранее национализировали
  10. «Исторический момент». Мобильные операторы объявили о запуске новой услуги, которую чиновники годами обещали ввести
  11. Стал известен приговор айтишнику из Wargaming, которого судили по восьми статьям. Одна из них — «расстрельная»
  12. В Минске банкротится компания, которая торговала нынче популярным товаром. У нее скопились долги по налогам на десятки миллионов
  13. «Ненавижу». Россиянин, который поджег авто беларусского генерала, — о заключении, пытках от Кубракова и о том, зачем пошел на войну
  14. «Отвечают: так налог же». Минчанка пожаловалась, что МТС отправил ее в минус на сотни рублей после поездки в Грузию
  15. Собираются ввести новшества в отношении недвижимости


/

Сергей Тихановский в интервью проекту «жизнь-малина» рассказал, изменилось ли что-то в его личных отношениях с супругой Светланой после пяти лет разлуки. Также он порассуждал о том, кто дальше будет «главным» у них дома.

Скриншот видео из Telegram-канала "жизнь-малина"
Скриншот видео из YouTube-канала «жизнь-малина»

По словам бывшего политзаключенного, ему сложно вспомнить свои эмоции в тот момент, когда он увидел Светлану впервые после освобождения. На глазах у него тогда были слезы, ему было сложно поверить, что это реальность.

А говоря о широко разлетевшемся фото, где они со Светланой держатся за руки, блогер поделился: после долгих лет в заключении очень не хватает объятий.

— Когда тебе говорили, что тебя никто не помнит, что ты ничтожество… Давили, оскорбляли столько лет… — вспомнил он. — А потом ты видишь нормальных людей, которые готовы тебя обнять… Ты просто там таешь. Это такой кайф, я этим не могу напитаться.

По его словам, внешние перемены в детях и супруге в первые дни бросались в глаза, но со временем он перестал их замечать. Сейчас он не видит разницы между теперешней Светланой и той, с которой жил до заключения, — если говорить о доме.

А вот на работе все иначе. Чем конкретно его супруга занята на работе — Сергей пока не знает в деталях.

— Светлана дома, она такая же осталась. Я пару раз видел ее на работе в Офисе. Ну конечно, бизнес-леди: такая строгая, сдержанная. И дома тоже немножко такое сначала было. Но это из-за усталости.

Бывший политзаключенный вспомнил, как вскоре после освобождения попросил супругу помочь разобраться со смартфоном. Но заметил, что та буквально засыпает.

Интервьюер Никита Мелкозёров уточнил: правда ли, что Светлана сама моет полы дома после мероприятий на высоком уровне? Сергей подтвердил — он только недавно это видел.

— Я говорю: «Я сейчас буду [мыть полы]!» И я так уверенно это говорю. Меня же там (в колонии. — Прим. ред.) научили уборку делать четыре раза в день. У меня все будет идеально! Я уже посуду пару раз помыл там дома. А так она тоже моет посуду. Полы… Обещался, обещался — пыль, полы. Но так и не начал, видишь, нет времени. Я начинаю становиться больше, каким я раньше был. А раньше я ничего не мыл никогда. Все хозяйство на жене было всегда. В семье всегда я был главным.

По словам Сергея, они с супругой уже говорили о том, кто будет «главным» сейчас.

— Я думаю, я и останусь главным в семье <…>. Кто избранный президент — у нас вопросов нет. Но дома… Я говорю: «Почему пять лет, когда ты за меня боролась, а я сидел в тюрьме, должны изменить что-то в нашей семье? Если нам было так хорошо все время».