Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Более 800 профессий убрали из списков на досрочную пенсию в Беларуси
  2. «Отвечают: так налог же». Минчанка пожаловалась, что МТС отправил ее в минус на сотни рублей после поездки в Грузию
  3. В минский офис известной архитектурной студии ZROBIM architects пришли силовики. Задержаны около 50 сотрудников
  4. В Минске банкротится компания, которая торговала нынче популярным товаром. У нее скопились долги по налогам на десятки миллионов
  5. Отвечала на математике, внезапно извинилась и упала. В польской Лодзи умерла беларусская студентка
  6. Помните, беларусы вместо двух билетов на рейс купили четыре и хотели взять больше чемоданов? В их истории случился неожиданный поворот
  7. Умер Андрей Катасонов — сирота, которого называли успешным примером интеграции после жизни в психоневрологическом пансионате
  8. В Академии наук назвали три вида рыб, которые «должны быть уничтожены», и призвали беларусов их вылавливать
  9. «Исторический момент». Мобильные операторы объявили о запуске новой услуги, которую чиновники годами обещали ввести
  10. Лукашенко назначил нового вице-премьера, а также глав Мининформа и Минкульта
  11. «Фиксированная стоимость останется навсегда». «Белтелеком» вводит изменения для клиентов


По результатам 2021 года, в Беларуси количество научных сотрудников составило 17 тысяч человек, меньше в истории нашей страны было только в далеком 1968 году, когда у власти находился Леонид Брежнев. Об этом написал политолог Андрей Казакевич в тексте для проекта «Банк идей».

Фото: TUT.BY

Это исторический минимум за последние более чем 50 лет — подчеркивает исследователь. По его словам, по статистике на момент распада Советского Союза, научных сотрудников в БССР было 59 тысяч, то есть в три раза больше, чем сейчас. Если взять средний показатель по 1980-м, то научными исследованиями были заняты 43 тысячи человек, то есть более чем в два раза больше, чем сейчас. То же самое можно сказать об инфраструктуре, числе научных направлений, финансовых расходах и вкладе науки в ВВП. Например, в позднем БССР такой вклад составлял около 2% ВВП, в 2021 году 0,5% — меньше в четыре раза.

Можно сказать, что от советского периода сохранилось в лучшем случае половина, а скорее всего, треть от потенциала и направлений, поэтому следует говорить даже не о стагнации, а об упадке всего сектора по большинству направлений. Попытки изменить эти тенденции имели некоторый успех только в 2005–2009 годах, когда число занятых в секторе росло в среднем на 3,8% в год, но восстановление быстро сменилось новым глубоким спадом, — отмечает Казакевич.

Также постоянно сокращался и спрос на продукцию белорусских исследователей, а сам сектор не смог эффективно встроиться в национальную и мировую экономику.

В отличие от Беларуси, в других странах число людей, занятых в этой сфере, постоянно росло. Например, с 2013 по 2019 год в ЕС их количество выросло с 3,6 до 4,4 млн, то есть приблизительно на 22,2%. В Германии — на 21%. Даже в стагнирующей Японии на 6,3%.

Рост был и на посткоммунистическом пространстве. В Литве рост составил 8,3%, в Латвии 16,8%. В Польше число занятых почти удвоилось, увеличившись на 85%. Из всех стран ЕС, которые приходилось анализировать, падение занятости в секторе было только в Финляндии, но там это можно объяснить высокой базой (76 тысяч на 5 млн, в Беларуси 27 тысяч на 9 млн).