В конце 2023 года в Верховную раду был внесен законопроект об ужесточении правил мобилизации. В нем предлагается, в частности, ввести серьезные ограничения для уклонистов и мужчин мобилизационного возраста, уехавших за рубеж, вплоть до лишения права распоряжаться имуществом и невозможности получить загранпаспорт в консульстве. Законопроект расколол украинское общество: он был раскритикован украинскими правозащитниками и оппозиционными политиками, после чего отправлен на доработку.
Активно обсуждается украинская инициатива и в Европе — из-за возможной выдачи украинцев мобилизационного возраста по запросу из Киева. Практически сразу последовавшее заявление главы МВД Эстонии о готовности сотрудничать вызвало скандал. Власти Германии и Австрии, напротив, однозначно дали понять, что подобные меры для них неприемлемы.
Корреспондентка «Новой-Европа» Юлия Ахмедова поговорила с украинскими мужчинами, легально и нелегально уехавшими после начала войны в страны ЕС, и узнала, что они думают про возможный призыв из-за границы и как оценивают готовность украинского общества продолжать войну. Мы публикуем этот текст с сокращениями.
Прожекторы в поисках дронов в небе над Киевом во время удара российских беспилотников, 22 декабря 2023 года. Фото: Reuters
UPD
На запрос «Новой-Европа» в польском МИДе ответили, что «думают, как могут поддержать украинскую сторону», но считают, что этот вопрос нужно решать на общеевропейском уровне.
«Было много причин для выезда, в основном эгоистичных»
Проснувшись утром 24 февраля 2022 года у себя дома в Киеве, Илья (все имена героев изменены в целях безопасности, их истории удалось подтвердить либо документально, либо косвенными доказательствами. — Прим. авт.) увидел огромное количество непрочитанных сообщений в телефоне — родственники и друзья писали, что в Украине началась война. На тот момент Илье было 32 года, и никаких отсрочек от мобилизации, которая в Украине началась сразу же после вторжения, у него не было. Значит, нужно было срочно решать, что делать дальше — оставаться или уезжать. Как ни странно, паники у него не возникло, скорее, наоборот: закончился период неопределенности, когда атмосфера нагнеталась многочисленнымисообщениями о возможной войне.
Илья быстро выяснил, что все его друзья, у которых были машины, уехали из Киева еще ранним утром. После этого он купил билет на поезд до Львова, где планировал взять такси и доехать до границы с Польшей. При посадке на поезд никто документы у него не проверил — на вокзале царил хаос, и всем было не до того. Но выехать из страны у Ильи не получилось — объявили о закрытии границ для мужчин от 18 до 60 лет.
Тогда Илья подумал, что раз он остается в стране, то, возможно, его техническое образование (сейчас он находится на позиции тимлида в IT-компании) пригодится в ВСУ, и решил записаться добровольцем. Сам он объясняет такую внезапную смену планов в первую очередь эмоциями, захватившими его в моменте: в военкоматы выстроились очереди, повсюду ощущался патриотический подъем, и Илье захотелось быть причастным к этому. «Плюс наложилось воспитание: в моей семье много военных, которые с детства внушали, что нужно служить родине», — объясняет он.
В тот день Илья в военкомат не попал — слишком много было желающих, и молодой человек решил, что придет попозже, когда первая волна спадет. Но через пару недель он уже испытывал совсем другие чувства. По его словам, Украина перестала быть тем местом, где он ощущал себя комфортно: «Я родом из Харькова, и я русскоязычный. Да, я знаю украинский, но мне комфортнее говорить на русском. То повальное увлечение дерусификацией, которое началось в Украине, меня сильно напрягало».
Например, вспоминает Илья, на его прошлой работе всю рабочую переписку и созвоны обязали вести на украинском языке. Также на украинский перешли многие его друзья. «Из банкоматов в Киеве, по крайней мере, которыми я пользовался, убрали русский язык — было немного странно, как по мне. В одной кофейне из меню исчез [кофейный напиток] раф, потому что его придумали в Москве, — описывает ситуацию Илья. — Даже в дейтинг-приложениях у меня была пара случаев, когда человек, с которым замэтчился, просил перейти на украинский. Это стало достаточно сильным триггером, чтобы понять, что из Украины надо уезжать, раз даже личную жизнь здесь стало сложнее построить».
Летом 2022 года Илья вернулся в Киев, где на тот момент стало гораздо спокойнее, но продолжал искать способы выехать из страны. Подходящий вариант нашелся только через год.
«Честно, много причин [для выезда], в основном все очень эгоистичные. Смотришь в соцсетях: уехавшие могут нормально по миру перемещаться, в отпуск ездить, а ты не можешь. Это как-то неправильно ощущалось. Плюс впереди была зима, и не хотелось опять проживать ее без отопления, света и интернета», — говорит Илья.
Одна из его подруг, у которой парень тоже выехал из Украины, рассказала, что «есть вариант». Заплатив от пяти тысяч долларов, можно было пересечь границу через лесополосу в районе Закарпатья в сопровождении контрабандистов. Илья воспользовался предложением и оказался в Румынии.
«Логика была такая: во время перехода границы надо было отключить мобильную связь, чтобы не засекли. После ты ее включаешь, и на тебя выходят местные пограничники, с которыми типа налажены договоренности. Это так мне подруга описывала схему, — рассказывает Илья. — В моем случае никто меня не встречал. Я дошел до полицейского участка, подождал, пока он откроется. Они [полицейские] вызвали пограничников. Те меня забрали на погранпункт и чуть ли не с распростертыми руками пустили в страну. Очень доброжелательные ребята».
У Ильи был план обосноваться в Словакии, потому что там находится офис IT-компании, в которой он работает сейчас как руководитель направления по большим данным. Но Словакия Илье не понравилась, и он решил перебраться в Испанию, где украинцы могут получить визу временной защиты с правом доступа на местный рынок труда и к социальному обеспечению.
После начала обсуждения законопроекта о мобилизации в Киеве в украинских чатах Испании, по словам Ильи, забеспокоились. Выехавшие полагали, что для них могут ограничить консульское обслуживание, и поэтому поспешили получить новые загранпаспорта. Некоторые знакомые также «на всякий случай» решили закрыть в Украине ФОПы (аналог российского ИП). Но Илья не беспокоится, потому что, по его мнению, «мысль, что Испания начнет кого-то выдавать, — из области фантастики».
Илья учит испанский язык, но не уверен, что останется в Испании надолго. Признается, что по-настоящему хочет вернуться только в довоенный Харьков.
«В целом я думаю, если бы Украина сейчас пошла на какое-то мирное соглашение, мне было бы отлично. Патриотизм сошел на нет. Меня больше интересуют практические вещи — как устроиться в новой стране, что делать с квартирой в Украине. Но многие мои друзья, которые настроены патриотично, конечно, против всяких мирных договоров. Некоторые всё еще верят в границы 1991 года. Но, по-моему, это нереально», — считает Илья.
«Я не раз представлял ситуацию, что придется пойти служить в ВСУ»
