Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. В список «экстремистских формирований» внесли еще две организации
  2. «Фиксированная стоимость останется навсегда». «Белтелеком» вводит изменения для клиентов
  3. «Небо оживает». Над Беларусью «стали замечать» самолеты европейской страны
  4. «Должны были посадить, если бы ей чудом не удалось выехать». Рита Дакота рассказала, за что силовики задерживали ее маму в Беларуси
  5. За полтора часа до своего дедлайна Трамп дал ответ на предложение перемирия с Ираном
  6. Пропагандист: В Беларуси начинают бороться с «теневыми тунеядцами» — людьми, которые ходят на работу, платят налоги, но делают очень мало
  7. В Академии наук назвали три вида рыб, которые «должны быть уничтожены», и призвали беларусов их вылавливать
  8. Беларус в Threads задался вопросом, почему в деревнях дома красили в желто-голубой цвет, — версии вас удивят
  9. Лукашенко обрушился с критикой на руководство крупной компании, которую ранее национализировали
  10. «Исторический момент». Мобильные операторы объявили о запуске новой услуги, которую чиновники годами обещали ввести
  11. Стал известен приговор айтишнику из Wargaming, которого судили по восьми статьям. Одна из них — «расстрельная»
  12. В Минске банкротится компания, которая торговала нынче популярным товаром. У нее скопились долги по налогам на десятки миллионов
  13. «Ненавижу». Россиянин, который поджег авто беларусского генерала, — о заключении, пытках от Кубракова и о том, зачем пошел на войну
  14. «Отвечают: так налог же». Минчанка пожаловалась, что МТС отправил ее в минус на сотни рублей после поездки в Грузию
  15. Собираются ввести новшества в отношении недвижимости


/

Объем рынка искусственного интеллекта (ИИ), по оценке экспертов, в ближайшие годы достигнет 4,8 триллиона долларов — это примерно соответствует годовому ВВП Германии. Ожидается, что ИИ затронет 40% всех рабочих мест в мире, говорится в новом докладе «Технологии и инновации — 2025» Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД).

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Freepik.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Freepik.com

Как предупреждают авторы документа, развитие этих технологий не означает автоматической выгоды для всех: если не принимать меры, ИИ может лишь усилить существующее неравенство между странами.

ИИ уже становится ключевым драйвером цифровой трансформации. Однако сегодня инфраструктура, специалисты и данные, необходимые для развития ИИ, сконцентрированы в руках нескольких стран и компаний. На 100 компаний — в основном из США и Китая — приходится 40% мировых корпоративных расходов на научные исследования. Такие техногиганты, как Apple, Nvidia и Microsoft, оцениваются в суммы, сопоставимые с ВВП всего Африканского континента. Это рыночное доминирование может привести к технологической зависимости развивающихся стран и усилению глобального цифрового разрыва.

ИИ повлияет на 40% рабочих мест в мире, считают эксперты, причем в одних случаях произойдет автоматизация, в других — появятся новые профессии. Однако на данный момент выгоду от автоматизации чаще всего получают владельцы капитала, а не работники. Это может углубить социальное неравенство и снизить ценность дешевой рабочей силы в странах с низким уровнем дохода.

Чтобы этого избежать, необходимы госинвестиции в переквалификацию и адаптацию рабочей силы.

Между тем многие государства сталкиваются с нехваткой цифровой инфраструктуры, недостаточным количеством данных и дефицитом специалистов. Ситуацию оценивает Индекс готовности к передовым технологиям от ЮНКТАД — в нем лидируют развитые страны Европы, Северной Америки и Сингапур. Из стран БРИКС наилучшие позиции у Китая, России и Индии. В то же время доступ к суперкомпьютерам и мощным дата-центрам есть лишь у ограниченного числа развивающихся стран.

«Кроме того, такие страны, как Германия, Великобритания, Россия, США и Гонконг (Китай), обладают значительными массивами данных, которые могут использоваться для развития ИИ», — говорится в докладе.

Однако 118 стран, в основном Глобального Юга, пока не участвуют в глобальных дискуссиях о его регулировании. Это значит, что они рискуют остаться без возможности влиять на формирование этических и правовых норм в этой сфере.